Ведь Сэло действительно _машина_, потому что его спроектировали

и собрали, как машину. Он этого и не скрывал. Но Румфорд никогда

не пользовался этим словом в обидном для Сэло смысле. А сейчас

он явно хотел его оскорбить. Под тонким покровом светской

любезности в словах Румфорда можно было прочесть, что машина -

это нечто бесчувственное, нечто лишенное воображения, нечто

вульгарное, нечто запрограммированное для достижения цели и

лишенное малейшего проблеска совести.

   Это было самое больное, самое уязвимое место, здесь Сэло был

совершенно беззащитен. И Румфорд благодаря их былой духовной

близости отлично знал, как причинить ему боль.

   Сэло снова закрыл два глаза из трех, снова стал следить за

парящими в вышине титаническими птицами. Они были величиной с

земного орла.

   Сэло захотелось стать синей птицей Титана.

   Космический корабль, на котором летели Малаки Констант,

Беатриса Румфорд и их сын Хроно, проплыл над куполом дворца и

мягко приземлился на берегу Моря Уинстона.

   - Даю тебе слово чести,- сказал Сэло,- я не знал, что тебя

используют, я и понятия не имел, что ты...

   - Машина,- ядовито сказал Румфорд.

   - Ты мне только скажи, как тебя использовали,- прошу тебя!-