Константом,- этот человек почти ничего не почувствовал, когда

его назвали Малаки Константом. Вполне возможно, что он успел бы

испытать какие-то чувства, достойные упоминания, если бы Румфорд

построил свой сценарий иначе. Но Румфорд сообщил ему о тяжких

испытаниях, которые его ждут, почти сразу же после того, как

объявил его настоящее имя. Предстоящие Малаки Константу ужасные

испытания требовали напряженного, пристального внимания.

   Эти страсти должны были начаться не годы, не месяцы и не дни

спустя, а спустя считанные минуты. Так что Малаки Констант, как

любой приговоренный к наказанию преступник, отрешился от всего

другого, принялся прилежно изучать то орудие кары, которое

послужит реквизитом в сцене под занавес с его участием.

   Как ни странно, больше всего он беспокоился о том, как бы не

споткнуться; если он начнет думать о каждом шаге вместо того,

чтобы просто идти, то ноги откажутся ему повиноваться, как

деревяшки, и он непременно споткнется.

   - Да нет, не споткнетесь вы, мистер Констант,- сказал с

верхушки дерева Румфорд, прочитавший мысли Константа.- Вам же

больше некуда идти, некуда деваться. Так что вам остается только

переставлять ноги одну за другой - больше ничего, и вы оставите