религиозной секты.

   - Как символ вы для нас не так уж интересны, мистер

Констант,- продолжал он,- но все же вы тронули наши сердца, хотя

бы отчасти. Мы сердечно сочувствуем вам - ведь все ваши вопиющие

прегрешения - лишь извечные заблуждения, свойственные человеку.

   - Через несколько минут, мистер Констант,- говорил Румфорд со

своей вершины,- вы пройдете по мостикам и пандусам к той длинной

золотой лестнице, а потом подниметесь по этой лестнице, войдете

в космический корабль и полетите на Титан, теплый и плодородный

спутник Сатурна. Там вы будете жить в покое и безопасности, но

все же как изгнанник с вашей родной Земли.

   - И вы сделаете все это по доброй воле, мистер Констант,

чтобы Церковь Господа Всебезразличного вечно помнила и

переживала драму благородного самопожертвования.

   - Нам принесет духовную радость одна мысль .о том,- говорил

Румфорд ее своей вершины,- что вы унесли с собой и ошибочное

понимание счастья и несчастья, и самую память как о богатстве и

власти, употребленных всуе, так и о всех ваших постыдных и греш-

ных развлечениях.

   Человек, который был Малаки Константом, был Дядьком, был

Звездным Странником, человек, который снова стал Малаки