землянами.

   На Земле в каждой стране были кладбища, где марсиане и

земляне были погребены бок о бок. Не осталось ни одной страны на

Земле, где не было сражений, когда вся Земля воевала с

марсианами.

   Все было прощено и забыто.

   Живые составляли единое Братство, а все мертвые - Братство

еще более тесное.

   Церковь, похожая на мокрую самку ископаемого дронта,

насиживающую надгробные камни, успела побывать в разные времена

пресвитерианской, конгрегационалистской, униатской и

универсально-апокалиптической. Теперь она была храмом Господа

Всебезразличного.

   Среди кладбищенских плит стоял человек, совершенно дикий на

вид, опьяневший от сытного, как сливки, воздуха, зелени,

влажности. Человек был почти голый, иссиня-черная борода и

спутанные отросшие волосы были тронуты сединой. На нем

позвякивала набедренная повязка из железок и медной проволоки.

   Это одеяние прикрывало его срам.

   Дождь струился по его обветренным щекам. Он закинул голову и

пил дождевые струи. Он положил руку на надгробный камень - не

опираясь, а просто чтобы прикоснуться. К камням-то он привык - в

усмерть привык к пересохшей, грубой, жесткой на ощупь