видимого сигнала. Они все приняли стойку "смирно", как один

человек, словно по мановению волшебной палочки.

   Третьим с краю во втором отделении первого взвода второй роты

третьего батальона второго полка Первого марсианского штурмового

пехотного дивизиона стоял рядовой, разжалованный из

подполковников три года назад. На Марсе он пробыл уже восемь

лет.

   Когда в современной армии человека разжалуют из старших

офицеров в рядовые, он скорее всего окажется староват для этого

чина, так что его товарищи по оружию, попривыкнув к тому, что он

такой же солдат, как и они, станут звать его просто из жалости -

ведь и ноги, и зрение, и дыхание начинают ему изменять - каким-

нибудь прозвищем: _Папаша,_Дед,_Дядек._

   Третьего с краю во втором отделении первого взвода второй

роты третьего батальона второго полка Первого марсианского

штурмового пехотного дивизиона звали Дядьком. Дядьку было сорок

лет. Дядек был прекрасно сложенным мужчиной - в полутяжелом

весе, смуглый, с губами поэта, с бархатными карими глазами в

тени высоких надбровных дуг кроманьонца. Небольшие залысинки на

висках подчеркивали эффектную прядь волос.