Были  девять  моих учителей  из Шортриджской школы,  был Феб Херти,  который

нанял меня, когда  я учился в школе, чтобы я придумал рекламу детской одежды

для  универмага Блока,  была моя первая жена Джейн, была моя  мать, мой дядя

Джон Раух, муж еще одной двоюродной сестры отца. Дядя Джон рассказал мне все

про американскую ветвь нашей семьи. Я включил его рассказ в книгу "Пальмовое

воскресенье".

     Двойник  Джейн,  смазливая   юная  девушка,   преподающая   биохимию  в

Университете  Род-Айленда,  недалеко   от  Кингстона,  сказала   по   поводу

театрального представления  и  заката: "Ну  когда  же?!"  Она сказала  это в

воздух, но я услышал.

     Двойники на том пикнике в 2001 году были только у умерших. Артур Гарвей

Ульм,  поэт и  постоянный секретарь в Занаду, служащий Американской академии

искусств и словесности, был небольшого роста и с огромным носом. Точь-в-точь

как мой фронтовой друг Бернард В. О'Хара.

     Моя жена Джилл, благодарение Богу, была среди живых и присутствовала на

пикнике во плоти, и вместе с ней Нокс Бургер, мой одногруппник из  Корнелла.

После окончания  второй неудачной попытки  западной  цивилизации покончить с