пятидесятилетнего.  Главным  его  стремлением  было выглядеть  безобидным  и

робким.

     В данный момент  он был единственным посетителем коктейль- бара в отеле

"Эльдорадо",  расположенном на широкой улице  Дьес  де Агосто, где он снимал

номер.  Бармен,  двадцатилетний  потомок  гордых инкских  аристократов,  имя

которого было Хесус  Ортис, не  мог отделаться от ощущения,  что  дух  этого

бесцветного и недружелюбного человечка, назвавшегося канадцем, сломлен некой

ужасной  несправедливостью или  трагедией.  Уэйт хотел, чтобы любой, кто его

увидит, чувствовал то же самое.

     Хесус  Ортис,  один  из  приятнейших  персонажей  моего  повествования,

испытывал в отношении этого одинокого туриста скорее жалость, чем презрение.

Ему  было грустно - как на то  и  рассчитывал Уэйт - от мысли, что постоялец

только  что израсходовал кучу  денег в магазинчике  при отеле на  соломенную

шляпу,    веревочные   сандалии,    желтые   шорты    и    сине-бело-лиловую

хлопчатобумажную  рубашку,  в  которые  тот  сейчас  и  был  выряжен.  Ортис

припомнил,  что, прибыв из аэропорта в деловом костюме, Уэйт выглядел весьма

достойно. А теперь, ценою больших затрат, приобрел вид клоуна, карикатуры на