ответвлениями на древе  эволюции.- Как  ирландский  лось... как  бивнеклювый

дятел... как tyrannosaurus rex*...

/* Гигантский тиранозавр (лат.)./

     И он продолжал перечислять до бесконечности. Однако вплоть до последней

минуты свойственное ему  сухое чувство юмора  не покидало  его, и он делал к

этому  списку  два шутливых  добавления.  В  обоих  случаях,  действительно,

вымершие не оставили по себе потомства:

     - Как оспа...- говорил он,- как Джордж Вашингтон.

     До последнего вздоха он всем сердцем верил, что его подвергло облучению

собственное правительство. Мэри, врачу и сиделке, неотлучно находившимся при

нем, поскольку смерть теперь могла наступить в любой момент, он посетовал:

     - Пусть бы это еще была кара Божья!

     Мэри  эта фраза показалась финальной репликой пьесы. Вымолвив ее,  он и

впрямь стал подобен мертвецу.

     Однако  десять секунд спустя  его  посиневшие губы зашевелились  вновь.

Мэри приникла ухом,  пытаясь разобрать  слетавшие  с них слова. И  до  конца

своей жизни затем благодарила себя, что не упустила их.

     - Знаешь, Мэри, что такое человеческая душа? - прошептал он с закрытыми

глазами.-  У животных нет души. Она - та часть  человека, которой становится