- Знаешь, какая у нее была любимая цитата?- спросил он.

     Разумеется, я знал. И "Мандаракс" знал ее тоже. Она вынесена  в эпиграф

этой книги.

x x x

     - Ты веришь, что  люди  -  порядочные животные, которые  в конце концов

справятся  со  всеми своими трудностями и превратят Землю в  новый  Эдемский

сад,- пояснил он.

     - Можно мне на нее взглянуть?- спросил я.

     Я знал, что она где-то  там, по ту сторону туннеля, что она уже умерла.

Первое,  о  чем я спросил, когда отец  явился  мне после моей смерти:  "Тебе

известно, что сталось  с матерью?" Я в свое  время искал ее повсюду - прежде

чем поступить на службу в морскую пехоту.

     - Это не мать там, у тебя за спиной?- снова спросил я. Голубой  туннель

находился   в   состоянии   безостановочной  перистальтики,  так   что   его

извивающиеся  движения  позволяли заглянуть  глубоко  внутрь. И  там в  это,

третье появление отца я заметил женскую фигуру и решил, что, может быть, это

мать,- но увы...

     -  Я  Наоми  Тарп,  Леон,-  заговорила  женщина, оказавшаяся  соседкой,

которая после  бегства матери  некоторое  время делала все возможное,  чтобы

заменить мне ее.

     - Миссис Тарп. Ты ведь меня помнишь, Леон? Иди сюда

     -  Как ты заходил, бывало, ко  мне через дверь моей кухни. Будь хорошим

мальчиком. Ты же не хочешь остаться там один еще на миллион лет?

     Я сделал  второй шаг по направлению  к зеву туннеля. "Bahia de  Darwin"

при  этом обратилась  в  нечто призрачное, точно  сплетенное из паутинок,  а

голубой туннель - в столь же материальное и осязаемое транспортное средство,

как автобус, ежедневно доставлявший  меня, когда я жил в МальмЈ, на  верфь и

обратно.

     в  этот момент сзади, со стороны призрачного вороньего гнезда "Bahia de

Darwin" раздались крики туманного привидения, в которое превратилась Мэри. Я

решил,  что у нее началась предсмертная агония. Слов я разобрать не  мог, но

тон ее восклицаний был таков, точно ей прострелили живот.

     Мне  необходимо было узнать, о чем она  кричит, поэтому я сделал все те

же два  шага назад, повернулся  и  взглянул  наверх, где  она  сидела.  Мэри

плакала  и  смеялась  одновременно.  Перегнувшись  через  ограждение  своего

наблюдательного пункта и вися вниз головой, она кричала стоявшему на мостике

капитану:

     - Земля! Земля! Слава Господу! Боже правый! Земля! Земля!