Объясняя ей, как вести корабль курсом на запад, он добавил:

     -  Что  за  пустая  трата  времени  -  проливать  слезы  по  совершенно

незнакомому человеку! Судя по тому, что вы мне рассказали,  у  него  не было

родных и никакой полезной деятельностью он уже не  занимался. Так  о  чем же

плакать?

     Быть  может, для  меня то  был самый удобный  момент, чтобы  произнести

бестелесным  голосом:  "Он  все  равно бы  не  написал  бетховенскую Девятую

симфонию".

     Однако  капитан  сам  решил пошутить  - хотя прозвучало это  не слишком

похоже на шутку:

тогда, когда есть повод. в данном случае оплакивать совершенно нечего.

     - Он был  моим мужем! Я всерьез отнеслась к браку, который вы заключили

между нами. Можете смеяться, коли хотите!- горячо возразила она (Уэйт к тому

времени  еще  не  был положен в морозильник, и кончина его  была еще свежа в

памяти).-  Он многое дал этому миру  и мог бы дать еще больше, сумей  мы его

спасти!

     - и что же такого замечательного он дал миру?- не удержался капитан.

     -  Он  смыслил  в  ветряных мельницах больше,  чем кто-нибудь  из  ныне

живущих,- отвечала Мэри.- Он говорил, что  смог  бы закрыть угольные шахты и