произошла недавно, из-за того, что перед  рассветом  звезды  поблекли  и  он

потерял ориентацию. Спокойствие совести было ему  необходимо  не меньше, чем

уважение пассажиров. Этот его большой мозг жил собственной жизнью, и в конце

концов наступит даже такой момент,  когда капитан попытается всадить в  него

пулю за те заблуждения, в которые тот его ввел.

     Но до этого часа оставалось еще пять дней. Тогда он  еще доверял своему

мозгу и, выправив курс, отправился на корму - посмотреть, как себя чувствует

"Уиллард Флемминг", и помочь Мэри,  как они  и  собирались, перенести  его в

тень, в проход между офицерскими  каютами.  Я  не  поставил  звездочку перед

именем Уиллард Флемминг, поскольку подобное  лицо никогда не существовало и,

следовательно, не могло умереть.

     Мэри Хепберн настолько не интересовала капитана как личность, что он не

потрудился даже узнать ее  фамилию. Он полагал, что фамилия ее была Каплан -

как значилось  на нагрудном  кармане  ре списанной армейской куртки, которая

служила теперь Уэйту подушкой.

     Уэйт  тоже  называл  ее  миссис  Каплан  -  сколько  бы раз  она его ни

поправляла. Как-то среди ночи он сказал ей: