которая проходила  на второй-третий  день, и  зрение их порою слабело. После

чего  они  становились  в точности  как Мэри Хепберн:  не могли больше иметь

детей.  Средства  от этой болезни найти не удавалось. Вскоре ей суждено было

распространиться практически повсеместно.

     Почти  полное изничтожение могучих сухопутных черепах мелкими грызунами

в точности  воспроизводило историю  о Давиде и Голиафе. И вот теперь история

эта повторялась вновь.

x x x

     Итак,  Мэри уже  приблизилась к смерти настолько,  что ей стал различим

голубой  туннель,  ведущий  в  загробную жизнь. И в этот момент  существо ее

вдруг  взбунтовалось против  большого мозга, который  заставил ее  зайти так

далеко. Она сорвала с головы чехол от платья  и вместо  того, чтобы умирать,

спустилась вниз,  где обнаружила  Джеймса Уэйта, скармливающего из-за стойки

бара арахис, оливки, пьяную вишню и маринованные луковки шестерым малолетним

девочкам из племени канка-боно.

     Эта живописная  сцена  неуклюжей благотворительности запечатлеется в ее

памяти  на  всю  оставшуюся  жизнь. Она  навсегда  запомнит  его  таким  вот