образом.

     Пара этих крупных  морских птиц сидела на покрывающей остров  застывшей

лаве.  Размером  они  были  с  бескрылого  баклана,  с  такими  же  длинными

змеевидными  шеями и гарпунообразными клювами.  Но летать они не отучились и

потому обладали большими,  сильными  крыльями.  Ноги их  и перепончатые лапы

были ярко-синего цвета. Рыбу они ловили, пикируя на нее сверху.

     Рыба! Рыба! Рыба!

     Обе  птицы  выглядели одинаково, несмотря на  то, что  одна из них была

самцом, а  другая  самкой. Казалось,  каждая из  них находилась там по своим

делам, нс питая к  другой ни  малейшего интереса,-  хотя в  действительности

никаких особых  дел  на  лавовой поверхности острова у  них быть  не  могло,

поскольку  насекомыми  или  растениями  олуши  не  питаются.  Материалы  для

строительства гнезда им тоже искать не приходилось, так как настолько далеко

игра их еще не зашла.

     Самец вдруг перестал заниматься тем, чем занимался,- а именно ничем. Он

заметил самку. Отвернулся, вновь посмотрел в  ее сторону,  сидя при этом все

на том же месте и не издавая ни звука. Птицы эти не безголосы, но и самец, и

самка на всем протяжении танца хранят молчание.