объяснить,  что  вторая  мировая  война  сильно  напоминалашееся  пророчество об Армагеддоне,  то есть решительной схватке добра со, так нечего и удивляться, если за нею начались чудеса. Растворимый кофет вам чудо, пожалуйста.  И  еще ДДТ. Придумали  ДДТ  насекомых изводить,и  всех  и   извел.  Ядерная   энергия,  предполагалось,   так  удешевиттричество, что и счетчики  ни к чему станут.  Кроме того, предполагалось,  что  ядерная  энергия  сделает  еще  одну  войну  просто  немыслимой.уждайте теперь о хлебах да рыбах, которыми Христос четыре тысячи человектил!  Антибиотики со  всеми  болезнями  покончат. Лазарь и  не  умер  быгда - недурно, а? Выходит, Сын Божий вообще ни к чему. Да,  и  всякая  удивительная еда появилась, а  вскоре  у каждой  семьи,рно, будет свой вертолет. Новые удивительные ткани выдумали  -  стирай вдной воде, а гладить совсем не  надо! Стоило  повоевать ради  такого-то,о говорю! Во время войны придумали  словечко, чтобы обозначить  полный беспредел,ми   устроенный,   -   запонез,   сокращенное   "затрахано   до   полнойнаваемости". Ну ладно,  теперь вся  планета  запонез этими послевоеннымисами, а вот тогда, в начале шестидесятых, я одним из первых  пал жертвойго чуда - акриловой краски,  стойкость  которой, согласно  рекламе  тогоени, "переживает улыбку Моны Лизы". Название краски  было  Сатин-Дура-Люкс. Мона Лиза все  еще улыбается, асите насчет Сатин-Дура-Люкса  местного  торговца  красками, и  если он вм деле не новичок, то рассмеется вам в лицо.>

x x x

> > - У  вашего отца  был синдром уцелевшего, - сказала Цирцея Берман тогдапляже. -  Его  совесть мучила  за  то, что выжил, когда все его друзья итвенники погиб- ли. - Его даже то мучило, что я не погиб. - Считайте, что чувства были благородные, только не в то русло пошли, -рит. - Очень он меня огорчал, и вообще, зря мы о нем заговорили. - Раз уж мы заговорили, почему бы теперь не простить его? - Я уже сотни раз прощал. Теперь буду  умнее, пусть расписку дают. -  Ирю: у мамы  было  гораздо больше основании этот синдром иметь,  ведь онаалась  прямо  в мясорубке, лежала  притворившись  мертвой,  под трупами,ь везде,  стоны. А была  она тогда не  намного  старше кухаркиной дочеристы. Прямо перед собой, всего  в нескольких дюймах, она видела лицо  мертвойухи  без единого  зуба.  Рот  у старухи был открыт,  и  из него на землюлилось целое состояние - неоправленные драгоценные камни. - Если бы не эти драгоценности, - сказал я миссис Берман, - не был бы яданином нашей великой страны и, значит, никак бы вас упрекнуть не мог за что вы вторглись в мои частные владения. Это мой дом там, по ту сторону Надеюсь, вы ничего такого не подумаете, если безобидный  старый вдовец,рому тоскливо, угостит вас в этом доме рюмочкой - вы пьете? - и попроситинать  в компании его столь  же безобидного друга? -  Я имел в виду Полаингера. Она приняла приглашение. А после ужина я вдруг услышал, что говорю: - Если вы  предпочли бы  остановиться здесь, а не в  гостинице, милостиим. - И дал  ей то же  обещание, которое  много раз давал Шлезингеру:  -аю не беспокоить вас. Так что будем честными. Несколько раньше я сказал, что понятия не имею,вышло, что она поселилась в  моем доме. Будем честными.  Я ее пригласил,то.>