можно  сравнить с  ощущениями Джексонаока, когда тот видел, как растекаются капли краски на холсте, лежащем на студии. То же  чувство  счастья! Только в том,  что  делал  Поллок, недоставалого привлекательного для толпы - самопожертвования.>

x x x

> > Вот, по-моему, суть происходившего с Фредом Джонсом: Авиаполк стал  его домом - так  же, как  для меня в свое время саперная. А потом его вышвырнули - по той же причине, что меня: он лишился глаза. И  если  на машине времени я мог  бы вернуться  в Великую депрессию, тоал бы себе, юнцу зеленому,  страшное предсказание: "Эй ты, самоуверенныйнский мальчишка! Послушай-ка. Знаешь, почему Фред Джонс такой странный ий мрачный? И сам будешь таким же - одноглазым ветераном, который  боитсяин и не приспособлен к жизни на гражданке". Тогда, в юности, мне  было  любопытно, каково  это  -  без  глаза, и  яериментировал,  прикрывая один глаз рукой. Смотрел одним глазом,  но миразался таким уж обедненным. Я и сейчас не ощущаю, что отсутствие глаза -я уж серьезная помеха. Цирцея Берман буквально  в первый же  час  нашего  знакомства спросила,во быть  одноглазым. Ведь она может спросить кого угодно о чем угодно  иа угодно. - Да нормально, - ответил я, - катаюсь как сыр в масле.>

x x x

> > Вспоминаю    Дэна    Грегори:    недаром    У.С.Филдс    называл    егоt;недомерком-арапахо" -  сам-то  похож  на индейца,  а на  побегушках  у неголи и Джонс. Думаю, они бы замечательно подошли для иллюстрации Грегори кму-нибудь  рассказу  из  времен Римской  империи:  император,  а  за нимушно ходит пара белокурых голубоглазых пленников-германцев. Занятно,  что  пленником, которого  Грегори всегда  таскал  за собой нах, был Фред, а  не  Мерили. Фред  сопровождал  его на званые  вечера, наю охоту в Виргинии, в круизы на яхте "Арарат". Не вдаваясь  в  подробности, могу со всей  определенностью сказать, чтоори и Фред были мужчины как мужчины. Никакие не гомосексуалисты. Уж не берусь  судить, почему, но Грегори не имел ничего против наших  сли  длинных прогулок по  Манхеттену,  во время которых на  нее  по  три,ре раза  оборачивались прохожие. Видно, понять не могли, как такой юнец, не родственник, добился расположения этой удивительно красивой женщины. - Все думают, у нас любовь, - сказал я однажды во время прогулки, и онатила: - Правильно думают. - Ты ведь понимаешь, что я имею в виду. - Как ты думаешь, что такое любовь? - спросила она. - Да я не знаю. - Тогда знай, что лучшее в  любви -  бродить вот так и радоваться всемууг. Если ничего другого у тебя не будет, жалеть нечего. И  тут  мы  -  наверно,  раз  в  пятидесятый   -  отправились  в  Музейеменного искусства. Уже около трех лет прожил  я в Нью-Йорке, и мне былои двадцать. Теперь я уже не был подающим надежды учеником. Я был наемнымащим у художника,  и хорошо, что имел хоть такую работу. Множество людейились за любой работой  и ожидали конца  Великой депрессии, чтобы  сновалась нормальная жизнь. Но пришлось  пережить новую мировую войну, прежденачалась нормальная жизнь. Как она вам? Ведь у нас сейчас нормальная жизнь.>

x x x

> > Но  позвольте сказать вам, что  жизнь казалась  сущим адом в 1936 году,а  Дэн Грегори  застукал  нас  с Мерили выходящими из Музея современногосства.>