Они образовали  то  вроде  маленького   клуба,  который,  неизвестно  почему,  назвалиt;Подполье". А потом выясняется, что  у всех троих кто-нибудь из  родителей, дедушекбабушек пережил какую-то акцию  массового уничтожения  и,  сам  того  нея, передал  им  ощущение,  что  добропорядочные люди  погибли,  а выжиличные. Предки черной девочки спаслись  при уничтожении племени ибос в Нигерии.ки японки пережили  атомную  бомбардировку  Нагасаки. Предки  еврейки  -стский холокост.>

x x x

> > - "Подполье" - замечательное название для такой книги, - сказал я. - Да уж точно, - говорит. - Названия мне вообще удаются. -  Она вправдуомневается, что неподражаема, а все остальные - ну дурачье дурачьем.>

x x x

> > Она  сказала,  что  художникам  надо  бы  нанимать  писателей, чтобы теания  картинам  придумывали.  Названия  картин,  висящих   здесь:  "Опусть",  "Синяя и жжено-оранжевая" и  тому подобное. Моя собственная  самаястная картина, которой  больше нет, когда-то украшала вестибюль главноговления  компании ДЭМТ на Парк Авеню и называлась "Виндзорская синяя 17".зорская синяя - один из чистых тонов Сатин-ДураЛюкс, прямо из банки. - Эти названия специально  такие, чтобы никакого общения с картиной  неикало, - сказал я. - К чему жить,  если  не  общаться? -  возразила она. Мою коллекцию онарежнему  ни  в  грош  не ставит, хотя за  проведенные здесь  пять недельла  чрезвычайно респектабельных людей, которые приезжали издалека,  дажевейцарии  и  Японии,  посмотреть мои картины  и  благоговели перед ними,но  богам  молились. В ее  присутствии  я прямо со стены  продал картинуо представителю музея Гетти за полтора миллиона долларов. Вот что она по этому поводу заметила: -  Сплавили чушь  эту собачью, ну и отлично! Она же абсолютно ничего нежала,  только мозги  вам  засоряла.  И  остальной  весь мусор  пора  воннуть!>

x x x

> > Мы сейчас беседовали о синдроме  отца, и  она  спросила, хотел ли отец,ы турки понесли наказание за то, что с армянами сделали. - Когда мне  лет восемь было, я  задал отцу  тот же вопрос, думал, житьт интереснее, если все время к мести стремиться. Дело было в мастерской, отец отложил инструменты  и уставился в окно, -казываю ей,  - я тоже выглянул. И увидел, помнится, нескольких  индейцевени лума. Милях в пяти была  их резервация,  и приезжие меня, случалось, принимали за лума. Мне это нравилось. Я тогда  думал, индейцем уж точное быть, чем армянином. А отец помолчал и говорит: "Я  хочу только,  чтобы  турки признали, чторь, когда нас там нет, их страна стала еще уродливее и безрадостнее".>

x x x

> > Сегодня после ленча я,  как подобает  хозяину, отправился в обход своихений  и  случайно  встретил соседа, граница  с которым проходит футах  вцати  севернее  картофельного амбара.  Это Джон  Карпински.  Он  местныйенец. Продолжает  выращивать  картофель,  как выращивал  его отец,  хотяый акр, занятый  его картофельным полем, стоит сейчас около восьмидесятич долла-  ров, потому что  здесь  можно построить дома,  где  со второгоа будет виден океан. Три поколения Карпински выросли и трудились на этойе, и, как сказал бы армянин, она для них священна, как долина у подножияата. Карпински - крупный мужчина,  ходит  почти всегда в комбинезоне, и  всет его Большой Джон. Он тоже ветеран войны, как мы с  Полом, но он моложел на другой войне. Его война - корейская. А  потом его  единственный  сын,  Маленький  Джон, был  убит  миной  нанамской войне. Каждому своя война.>