Они уступили старый нужник американцам вместе со своим театром - тем бараком, где устраивали праздничную встречу. Шесть англичан прошествовали через больничный барак, неся бильярдный стол, на который были навалены тюфяки. Тюфяки переносили в помещение около больничной палаты. Сзади шел англичанин, который сам тащил свой тюфяк и нес еще мишень для стрельбы. Это был тот, кто играл роль Золушкиной крестнойГолубой Феи, тот, кто избил маленького Поля Лаззаро. Он остановился у койки Лаззаро и спросил, как он себя чувствует. Лаззаро сказал, что после войны он его убьет. - Да ну? - Большую ошибку допустили,- сказал Лаззаро.- Кто меня тронул, уж лучше бы сразу убил, не то я его убью. Голубая Фея знал толк в убийствах. Он сдержанно улыбнулся Лаззаро. - Но я еще успею тебя убить,- сказал он,- если ты мне докажешь, что так будет правильнее. - Иди ты знаешь куда! - Напрасно думаешь, что я и там не побывал!- сказал Голубая Фея. Голубая Фея ушел, снисходительно улыбаясь. Когда он вышел, Лаззаро пообещал Билли и бедному старому Эдгару Дарби, что он за себя отомстит, а месть сладка. - Слаще ничего на свете нет,- сказал Лаззаро.- Пусть только кто попробует меня уесть, уж я его заставлю поплакать